Церковь ЕХБ «Преображение»
Община Евангельских Христиан - Баптистов в г. Киров
Веруем в Иисуса как Царя на небе и на земле, Который является Богом и человеком, и Который был распят за нас на кресте при римском наместнике Понтии Пилате, и Который умер за нас, и Который воскрес из мёртвых, и явился в теле, и Который вознёсся на небеса, и Который скоро придет во второй раз на землю.
 
// ГлавнаяСтатьиО программе «демифологизации» Нового Завета Рудольфа Бультмана Вернуться назад
О программе «демифологизации» Нового Завета Рудольфа Бультмана
Программа «демифологизации» Нового Завета Рудольфа Бультмана вызвала столько споров и такое количество откликов, как никакая другая в богословском мире. Начиная с середины прошлого столетия и до сих пор в отношение нее ведется дискуссия. Можно говорить о значительности взглядов Бультмана, можно выступать с уничтожающей критикой его исследований, но очевидно одно: идеи этого ученого представляют интерес как для либеральных, так и для консервативных богословов.
    Задача работы состоит в том, чтобы рассмотреть сильные и слабые стороны теории «демифологизации» Р. Бультмана. В виду того, что автор работы последних находит больше, соответственно выстраивается структура данного исследования. Первая часть работы рассматривает предпосылки взглядов Бультмана, и это важно. Экзистенциальный метод делает их весьма уязвимыми, а именно экзистенциональные корни ученного оказывают влияние на то, как он решает поставленную задачу. Вторая часть работы приводит контраргументы к тезису Бультмана о том, что мифологизация новозаветного послания делает его недостоверным и невозможным для понимания современным человеком. В третьей части излагаются минусы, к которым ведет экзистенциональный подход. В четвертой части показывается, что процесс демифологизации невозможен, даже если бы он и был необходим. Наконец, пятая часть говорит о положительном влияние взглядов Бультмана и о его вкладе в герменевтическое исследование новозаветного текста.
    Оценивая, насколько данная работа справляется с поставленной в теме задачей, хотелось бы процитировать слова К. Барта: «Все последующее будет просто отчетом о том, как я до сих пор понимал (или думал, что понимал) Бультмана, чтобы затем, исходя из этого, занять некоторую предварительную позицию по отношению к нему и к его делу, как это худо или хорошо мне пришлось сделать на практике.»


1.    Предпосылки взгляда Р. Бультмана

    У читателя работы Р. Бультмана «Новый Завет и мифология», «Иисус Христос и мифология», возникает ощущение вхождения в некоторое пространство: с одной стороны оно имеет внутреннюю логику и привязку к общеизвестным фактам, но с другой - освещено определенным образом и чтобы правильно увидеть его черты, необходимо встать в точку, с которой дизайнер данного пространства смотрел на все предметы. Вполне очевидно, что у автора названных произведений была определенная внутренняя предпосылка формирования изложенных в них выводов.
    Очевидно на развитие взглядов Р. Бультмана оказала большое влияние философия экзистенциализма. Экзистенциальный «след» видится хотя бы в определении, данном Бультманом понятию миф. Миф, с точки зрения общей философии – это отношение человека к тому, что его окружает, к миру вокруг него. Целостность мировоззрения человека вообще строится на единстве элементов человек-мир-отношение к нему. Бультман же подчеркивает, что смысл мифа отражает не объективное содержание представлений, а субъективное сознание человеком его собственного существования. Вообще говоря, похоже, что Бультман делает не попытку убрать миф, а показать подлинное «экзистенциальное» значение мифа.
Подлинный смысл мифа заключается не в том, чтобы дать объективную картину мира. В нем выражается скорее то, как человек понимает самого себя в мире; миф должен интерпретироваться не космологически, но антропологически – вернее экзистенциально.

    Основателем экзистенциализма был С. Кьергекор, атеистическое направление этого учения поддержал и развил Ж-П.Сартр. Центральной темой экзистенциализма является утверждение, что реальность познается собственным свободным выбором, а из событий и фактов, окружающих человека, невозможно вывести объективную истину – любая попытка ведет к абстракции. Экзистенциализм оказал влияние на ряд богословов, среди которых Эмиль Бруннер, Рейнхольд Нибур, Пауль Тиллих и, наконец, Рудольф Бультман. Следствием экзистенциализации богословия М. Эриксон видит субъективизацию истины, отделение религиозной истины от объективной истины в целом, а также определение библейских субстанций (грех, спасение) как динамичных явлений. Фундаментальные закономерности экзистенциального существования человека анализировались Мартином Хайдеггером. На этот анализ, в котором Хайдеггер стремится быть строго формальным, опирается Бультман, чтобы выделить и показать действительное содержание текстов Нового Завета.
 
2.    Миф: существует ли проблема?

    Р. Бультман в своем труде «Новый завет и мифология» утверждает, что Новый Завет насквозь мифологизирован. Евангелия и послания говорят о сверхъестественных явлениях, используя понятия «дух», «душа», «небо как обиталище Бога», «воскресение из мертвых» и т.д. «Мифической картине мира соответствует изображение события спасения, которое составляет подлинное содержание новозаветного провозвестия». Мифическое описание событий прошлого не является достоверным, с точки зрения Бультмана, следовательно современный человек не может верить в то, что говорит Библия в полном объеме.
    Формальная логика учит, что если есть ложная посылка, то вывод может быть ложный или истинный – какой угодно. Посылка Бультмана состоит в том, что текст Нового Завета содержит мифическое восприятие мира, которое не заслуживает доверия любого здравомыслящего человека. Единственное, на что может опираться человек, «овладевший миром и опытным знанием о мире», в оценке истины – это научно обоснованная картина мира. Хотелось бы поспорить с такой точкой зрения. В начале, однако, необходимо определиться в терминах.
    Действительно, миф – это древнейшая форма мировоззрения. Его предметом были реальные события и явления, прежде всего связанные с природой. Считается, что миф – это продукт коллективного творчества, он присущ не отдельному человеку, а социуму. Характерной чертой мифического восприятия мира является то, что человек не осознавал границы между реальным и сверхъестественным, стерта грань между человеком и окружающим миром. Таким образом, то, что Бультман называет мифом не является мифом в точном смысле этого слова. Мифу присущ синкретизм, а в Новом Завете есть вполне выраженная граница между миром сверхъестественным и реальным, поэтому использовать понятие «мифологизация» в отношении Нового Завета можно лишь условно. Об этом же говорит Карл Барт в статье «Рудольф Бультман: попытка его понять»:
«…на каком основании мы обзываем «мифологическим» и совершенно негодным для нас, сегодняшних людей, именно такой способ мыслить и говорить, в котором божественное, внемирное – как мирское, потустороннее – как посюстороннее, непредметное – как предметное? Не слишком ли формально это понятие «мифологического», чтобы оно могло вместить все…Разве подлинный миф не был всегда и не остается изображением неких общих отношений и связей внутри природно-исторического космоса?...»

    В древности человек наблюдал различные явления, которые и объяснял в меру своего понимания. Для нас же в данном случае наибольший интерес представляет не то, как он описывал предметы материального мира и насколько это представление соответствует данным современной науки (например, как древние представляли космос, состав воды, воздуха и т.д.), более важен вопрос, можем ли мы доверять тому, как жители 1го века н.э. описывали сверхъестественные явления? В связи с этим вопросом, хотелось бы отметить, что по мнению автора работы, доверять Новому Завету, пусть и написанному людьми, имеющими «мифическую заданность» можно не меньше, чем если бы Новый Завет был написан группой ученых 20го века, удостоенных Нобелевской премии и имеющих научное мировоззрение. Современный человек, как и авторы Нового Завета столкнулся бы с тем, что вынуждены описывать явления, которые необъяснимы научными терминами и формулами – с так называемыми сверхъестественными явлениями. Действительно, если сегодня человеку потребовалось бы описать явления или события нематериального мира, то какой бы язык он использовал? Думаю, что это описание можно было назвать, используя логику Бультмана, чисто мифологизированным. Уйти от мифа при любом соприкосновении с потусторонним миром невозможно. Надо уточнить, почти невозможно, потому что остается вариант отрицать саму возможность существования сверхъестественного.
    Таким образом, мы приходим к утверждению, что то, что Бультман называет мифологизацией Нового Завета является ничем иным как человеческим восприятием сверхъестественных явлений и событий, попыткой рассказать о них на языке, знакомом людям. Заявить о том, что такая форма рассказа недостоверна будет неправильно, ведь невозможно определить степень достоверности в сфере, которая касается вещей, выходящих за пределы материального мира (а Новый Завет утверждает, что повествует как раз о таких вещах). Приведем пример: заявление Ю.Гагарина о том, что он «был в космосе и не видел Бога, значит Его нет» представляется большинству людей по крайней мере анекдотичным. Человек понимает, что «небеса», о которых говорит Новый Завет – это попытка описать явление нематериальное человеческими, материальными категориями и что крайне неразумно думать, что пройдя слои воздушной сферы можно наткнуться на «облако», где «сидит» Бог. Люди, жившие во времена Нового Завета и видевшие вознесение Иисуса Христа (как Он поднялся вверх), не имевшие возможность описать точно, где обитает Иисус как Бог, говорили «небеса», указывая на направление, а также идею господства и величия Бога. А как бы назвал это место современный человек, ставший свидетелем вознесения? Какое «научное» слово он мог бы использовать? Вероятно, он сказал бы также: «Иисус вознесся на небо», потому что на самом деле не знает, где находится обиталище Христа.
В отношение описанного выше примера Бультман говорит:
Согласно мифическим представлениям, Бог обитает на небе. Что означает это высказывание? Смысл его вполне ясен: в упрощенном виде здесь выражена мысль о том, что Бог находится вне мира, что Он трансцендентен…Это мифологические представления о небе и аде уже неприемлемы для современного человека.»
Здесь, как и в других случаях, Бультман противопоставляет новозаветное описание научным знаниям. Вот, что он пишет об этом:
«…никто уже не в состоянии всерьез держаться и не держится за новозаветную картину мира.»
«Познание сил и законов природы покончило с верой в духов и демонов.»
«Нельзя пользоваться электрическим светом и радио, прибегать в случае болезни к
современным лекарственным и клиническим средствам и в то же время верить в
новозаветный мир духов и чудес.»

    Такая позиция оспорима. Во-первых, существовали и существуют ученые, среди них весьма выдающиеся личности, для которых вера в жизнь, смерть, воскресение Иисуса Христа и научная картина мира не представляет никакой коллизии. Наука описывает и изучает материальный мир, следовательно противопоставление ее Новому Завету, который содержит в частности информацию о нематериальном мире будет являться логической ошибкой. Это вещи разных уровней.
    Во-вторых, автор работы согласен с аргументом Р.Марле о том, что Бультман «знает науку такой, какой она была в начале века, но совсем не знает ее современных направлений». Современная наука оперирует целым рядом понятий, которые находятся на стыке материального и нематериального мира. Одно из них – код ДНК. Последовательность нуклеотидов к цепи ДНК является информацией в форме кода, которая определяет развитие человека. Таким образом, наука хотя и не в состоянии пока объяснить сущность нематериальных явлений и изучить их, она констатирует, что такие явления существуют.
    Третье, что можно добавить в отношение науки. По-мнению некоторых исследователей, наука вообще не находится в привилегированном положении по сравнению в другими формами познания мира. Она является лишь системой, где одна научная парадигма сменяется другой – сама наука субъективна, как любая форма мировоззрения. «…наука как таковая – не более, чем еще одна субъективная конструкция, посредством которой мы пытаемся извлечь смысл из принципиально непознаваемого потока». Согласно такому взгляду, научного объяснения мира как объективного объяснения мира не существует. В принципе, сам Бультман в рассуждении о том, может ли естественнонаучный метод в противовес мифологическому адекватно отобразить сущность бытия, честно говорит: «Может ли научная картина мира охватить всю полноту реальности мира и человеческой жизни – это, конечно, философский вопрос.» Иными словами, он признает, что это – спорный вопрос.
    Итак, попытка столкнуть новозаветное послание с наукой не является обоснованной. Как же на счет заявления о том, что не имеет никакого смысла выражение «Бог обитает на небе», что оно неверно? Выше уже было сказано, что это выражение обусловлено способностью человека понять идею трансцендентного Бога. Вообще все Священное Писание обусловлено человеческой ограниченностью. Проблема не в мифе. Скорее ее можно описать, как наличие человеческого фактора во взаимоотношениях Бога и человека – человек способен понимать Бога лишь отчасти («Еще многое имею сказать вам, но вы не можете вместить.» Иоанн.16:12 «Теперь мы видим как бы сквозь тусклое стекло.» 1Кор.13:12).
    Итак, кратко сформулируем основное положение данной части работы. Р.Бультман утверждает, что мифологизация НЗ создает проблему для современного образованного человека – он не может доверять новозаветному посланию. Данное утверждение представляется неверным, поскольку: а) НЗ говорит о сверхъестественных событиях и явлениях, любое описание этих явлений может выглядеть мифом, так как невозможно описать языком материального мира нематериальные явления; б) современная наука, если вообще можно утверждать, что наука может быть объективной, не противостоит сказанному в Новом Завете даже если предположить, что сказанное выражено в форме мифа, ведь наука изучает вещи материального мира.
    В начале было отмечено, что правила логики утверждают, что если посылка ложна, то из нее может следовать все, что угодно. Если посылка Р. Бультмана, которую он определяет как «проблема мифологизации» ложна, если проблемы не существует, то рушится вся цепочка рассуждений о задачах и способах демифилогизации.

3.    Экзистенциональная заданность Бультмана: уязвимость позиции.

    Выше мы разобрали уязвимость тезиса Р. Бультмана о мифологизации Нового Завета, которая создает проблемы к его понимаю. Не случайно в самом начале было сказано о предпосылках взгляда Бультмана. Многие его критики пишут, что на самом деле миф служит прикрытием истинного намерения, которое состоит в том, чтобы показать экзистенциональную сущность новозаветного послания.
«Бультман настаивает не на «устранении» мифов, а на их интерпретации, на выявлении их подлинного «экзистенциального» значения.»
«Демифологизация, взятая в узком смысле, играет у Бультмана значительную, но все же вспомогательную роль. Она лишь призвана расчистить путь дорогой его сердцу «экзистенциалистской интерпретации.»

Бультман рассматривает текст Нового завета с позиции экзистенциализма. Все события, с которыми человек сталкивается становятся понятны ему только, если он понимает себя и свое место в этих событиях. По–Бультману, человек может назвать Бога Творцом, если ощущает себя творением, может верить, если вера «действительно осуществляет себя» в его существовании. Получается, что отправной точкой становится субъективное осознание и оценка человеком происходящего. Человек, читающий Библию и вступающий в контакт с керигмой (воспринимающий керигму), вступает в контакт с Богом. Вывод напрашивается один – существование Бога лишено объективной действительности.
    Сам Бультман признает, что такое умозаключение – единственное логичное из тех посылок, которые он делает: «…не означает ли, …что Бог существует лишь как внутреннее событие души, тогда как вера имеет истинный смысл только при условии, что Бог существует вне верующего?» Бультман пытается опровергать это утверждение, заявляя, что Бог все-таки существует объективно, отдельно от верующего в Него. Однако тут же он говорит о том, что Писание становится для человека Словом Бога «здесь и теперь», а любые суждения о Боге вне рамок экзистенционального отношения «Бог-человек» неправомерны.
    В связи с экзистенциональным методом изучения Нового Завета, хотелось бы отметить два момента, указывающие на слабость, с точки зрения автора, позиции Бультмана. Во-первых, Р. Бультман как автор понятия «мифологизация Нового завета» рьяно отстаивает необходимость убрать из Писания все, что несет в себе признак мифа, то есть субъективного восприятия человека реальности. Выше уже говорилось, что миф – это прежде всего соотношение себя с окружающим миром, основанное на примитивном, «мифическом» представлении. Из данного определении видно, что удельный вес субъективного велик. Бультман таким образом, говоря о «демифологизации» Нового Завета, хочет удалить из него все мифическое, а вместе с ним и субъективное. Он неоднократно подчеркивает, что современный человек имеет естественнонаучный взгляд, который позволяет на вещи смотреть более рационально, здраво. Вместе с тем, кажется, что Бультман боится объективизации Новозаветного послания. Он заявляет, что истина о Боге только тогда становится истиной, когда она проходит через человека – в этом смысле он говорит о субъективизации истины.
    Что оставили нам авторы Нового Завета – субъективное восприятие того, как Бог касался их сердца, вернее даже сказать записанное в историях восприятие себя по отношению к Богу или рассказ о реальных событиях, свидетелями которых они стали? Сама Библия говорит в пользу последнего: «О том, что было от начала, что мы слышали, что видели своими очами, что рассматривали и что осязали руки наши..мы свидетельствуем, о том, что мы видели и слышали, возвещаем вам…»(1Иоан.1:1,3). Таким образом в позиции Бультмана мы находим противоречие между субъективным и объективным началом: что первично – восприятие человека себя по отношению к Богу или откровение Бога о Себе человеку?
    Мы подошли ко второму моменту, указывающему на недостаток исключительно экзистенциального подхода к Библии. Позиция автора данной работы состоит в том, что в основе всего лежит откровение Бога о Себе: 1) Бог инициировал отношения с человеком; 2) Бог имел замысел или план в отношении человека, который реализовывался под Его контролем.
    Итак, Бог является инициатором взаимоотношений с человеком. Адама Бог ищет и сообщает ему нечто о Себе, о нем самом, о мире. Отлучение Адама от Бога происходит по причине того, что Адам преступает порядок, установленный Богом – познание об окружающем мире даруется человеку Богом, человек же выбрал иной путь познания – восприятие окружающего мира через самопознание («вкусил от дерева познания»). Однако если окружающий мир человек может познавать, сам являясь инициатором этого процесса, то в деле познания Бога инициатор – Бог, Его откровение. Аврааму Бог открывается и повелевает переселиться, а затем производит от него целый народ (для того, чтобы появление потомков стало возможным, он вмешивается в естественный ход вещей и дает старому Аврааму сына). Моисею Бог открывается, называет Себя и велит вывести Израильский народ из Египта. Выход евреев из египетского рабства является ярчайшим примером действующего Бога. История Израильского народа показывает неоднократно, что Бог открывается в разные периоды его жизни, каждый раз инициируя диалог с народом, который Его оставил. Наконец, высшим откровением Бога о себе становится пришествие Иисуса Христа – в Нем Бог снова обращается к человеку.
    Далее, Бог открывается как Бог действующий, имеющий и воплощающий Свой замысел. Это можно доказать на примере следующих вещей. Свидетельства и пророчества Ветхого Завета имеют исполнение в Новом Завете. История представляется как линейный процесс, разворачивающийся сценарий, сценаристом которого является Бог. Пророчества о Мессии исполняются в Новом Завете, а Новозаветные пророчества о будущем Царстве, начавшись исполняться после воскресения Христа, ведут нас к будущему. Линейное понимание истории характерно именно христианству. По словам Д.Монтгомери, «Важность библейской концепции трудно переоценить. Впервые на Западе человеку было предложено такое толкование истории, согласно которому ее ход имеет цель и направление. Классическая теория периодического повторения событий смогла сделать историю «ощутимой», но не придала ей цели или направления.» Направление истории дает Бог. Нужно сказать, что именно линейность истории является одним из аргументов в защиту учения Библии перед восточными религиями, в которых история видится цикличным процессом. В свою очередь причина, по которой история человечества выстраивается как линия, а не спираль состоит в том, что Бог – это Действующий Бог.   
    По-видимому, после публикации первых работ Бультмана о демифологизации Нового Завета, в богословской дискуссии послышались голоса, опровергающие его тезис именно с позиции Действующего Бога. В своей более поздней работе «Иисус Христос и мифология» Бультман пытается оправдаться – целая глава посвящена этому вопросу и называется «Значение Бога как действующего». В ней автор говорит о том, что не отрицает того, что Бог действует в истории, но характеризует это действие как воспринимаемое человеком с субъективной позиции, то есть как цепочку «внутримирных» событий.
«В вере я могу понять встречающийся мне случай как милостивый дар Бога или как Его наказание, или как Его кару. С другой стороны, я могу понять тот же случай как звено в цепи естественно развивающихся событий. Если например, мой ребенок оправился от тяжелой болезни, я благодарю Бога за то, что Он его спас. В вере я могу воспринять мысль или решение как божественное внушение, не отрицая психологической обоснованности этой мысли или решения.»

    Нужно отметить, что здесь, как и во многих других местах, Бультман пытается «вывернуть» понятия – то есть совершенно определенным понятиям он дает свой, обусловленный экзистенциональной заданностью смысл. Он говорит, что действие Бога в истории – это утверждение, что каждое происходящее событие в мире совершенно Богом. Но дело в том, что когда речь идет о Боге, который действует в истории, вовсе нет презумпции того, что Бог участвует во всех делах и событиях, которые происходят в мире. На самом деле, Библия говорит о том, что участие Бога проявляется лишь в определенных моментах – у Бога есть Свой план и Он контролирует его реализацию, вмешиваясь там, где необходимо. Действие Бога в истории можно проиллюстрировать следующей схемой:

Подведем итог наших рассуждений в данной части работы. Мы показали, что Р. Бультман в своем исследовании обусловлен экзистенциональной установкой. Эта экзистенциональная заданность делает его позицию весьма неустойчивой. Во-первых, потому что порождает напряженность между попыткой демифологизировать, а значить объективизировать новозаветное послание и постоянным уклонением в сторону субъективного восприятия человеком явлений. Во-вторых, слабость экзистенциального подхода в том, что он недооценивает, а вернее сказать не учитывает Бога как действующего в истории, а также пренебрегает тем, что Бог всегда выступает инициатором во взаимоотношениях с человеком.


4.    Что остается после демифологизации

    Последний аргумент против демифологизации, который хотелось бы осветить в данной работе, состоит в следующем. Р. Бультман берет на себя труд «очистить» Новый Завет от мифа. Все, что остается у него от Писания – это керигма или провозвестие Христа. Но возможно ли справиться с поставленной задачей? Р. Бультман считает, что одни отрывки Нового завета понятны и доступны современному человеку, а другие неясны, их значение трудно уловить. Следовательно, необходимо удалить из Нового Завета все трудные для понимания отрывки. Проблема заключается в том, что возникает необходимость в критериях. Что необходимо убрать – учение о хлебопреломлении, как непонятную попытку символически показать смерть Христа? учение о троице как превыше человеческого понимания идею о троичности и одновременном единстве Бога? учение о пришествии Христа? Или, может быть, из Нового Завета убрать Христа Самого?
    В общем-то, Бультман сам рассуждает об этом в своей работе «Новый Завет и мифология», говоря о возможности существования христианства без Христа. Он говорит о «событии Христа». Что касается повествования об Иисусе Христе в Новом Завете, то здесь с его точки зрения «историческое и мифическое переплетается друг с другом». Он также пишет: «Прежде всего, очевидно, что событие Христа есть миф в ином смысле, нежели культовые мифы о греческих или эллинистических богах.»
    Критерий, правила демифологизации не ясны. Невозможно выработать алгоритма с помощью которого миф будет вычленен из новозаветного послания. Проще сделать другое – убрать оттуда всю догматику. Представляется, что именно это Р.Бультман и сделал – он очистил Новый Завет не от мифа, но от догматического учения о Боге, о человеке, грехе, церкви. Даже, если предположить, что утверждение о мифологизации Библии верно, то освободить ее от мифа невозможно – слишком велик риск удаления вместе с «плевелами пшеницы».
    Если согласиться с Бультманом о том, что из Нового Завета следует удалить мифическое, недоступное для понимания современному человеку, то нужно признать, что процесс демифологизации неконечен. Наука движется вперед, совершая все новые открытия, кроме того время неумолимо отодвигает читателя Нового Завета все дальше и дальше от событий, которые в нем описаны. Следовательно, мы можем демифологизировать Библию только основываясь на точке развития человечества сегодня. Через 100 лет процесс очищения от мифов вновь нужно будет повторять. Вероятно, можно придти к тому, что в Новом Завете нечего будет демифологизировать, потому что в нем ничего не останется.

5.    Положительное влияние взглядов Бультмана на богословие

    После демонстрации аргументов против взглядов Р. Бультмана в отношение его теории «демифологизации» Библейского текста, необходимо задать вопрос: есть ли вообще какая-то перспектива от разработки этой позиции? Оказали ли труды Бультмана позитивное влияние на развитие библейских исследований. Не смотря на констатацию всех минусов его идей, необходимо ответить на этот вопрос положительно.
    Первое, что показал Бультман в своих трудах – нужно одновременно осторожно и внимательно относится к историческому методу при изучении Нового Завета. Внимательно, потому что сам Бультман начинал герменевтическое исследование с изучения исторического контекста новозаветного текста. Осторожно, потому что последователи «чисто исторической» школы дошли до абсурда, делая попытку выделить исторического Иисуса. Показательным (и не без доли сарказма) является следующее высказывание Бультмана о «чисто исторических» исследованиях жизни Иисуса:
С известной осторожностью о деятельности Иисуса можно сказать следующее. Для него характерны экзорцизмы, нарушения заповеди о субботе, нарушение предписаний о ритуальной чистоте, полемика с еврейским законничеством, общение с такими деклассированными личностями, как сборщики податей и проститутки, симпатия к женщинам и детям.
   
Бультман показал, что новозаветное послание невозможно рассматривать только с позиции истории, проповедь Иисуса содержит нечто большее – обращение Бога к человеку. Таким образом, бульмановское влияние сыграло положительную роль, ибо сильно пошатнуло позицию сторонников «чисто исторического» подхода
    Второе – позиция Бультмана показала, что для того, чтобы правильно понять современному человеку текст Нового Завета необходимо этот текст «увидеть глазами современного человека». Речь идет о процессе, который сегодня называется контекстулизация.
«… если наша вера может и должна питаться теми же фундаментальными образами, содержащими в себе всю полноту реальности, то для того, чтобы связать себя с этим миром, ощутить на себе мощь этих образов и реальность, которую они в себе заключают, необходимо приступить к ним с нашими запросами, с требованиями человека двадцатого века, пытаться выделить в них то, что составляет непрерывность, что делает их актуальными в наше время.»
В принципе, сегодня каждый проповедник прежде, чем встать за кафедру «работает» с библейским текстом: определяет главную тему, отбрасывает несущественное, смотрит на текст сквозь призму вопросов, которое ставит современное общество. Посмотреть на текст с позиции современного человека – не эту ли задачу ставил перед собой Р.Бультман?
 
    ЗАКЛЮЧЕНИЕ

    Данная работа рассматривала взгляды Бультмана о необходимости демифологизации Нового завета, приводя преимущественно доводы против этой позиции, хотя в конце отмечая некоторое положительное влияние, оказанное им на развитие богословия.
    Подводя итог, выделим несколько позиций, по которым, с точки зрения автора работы, взгляды Бультмана являются оспоримыми.
    Тезис Бультмана: Мифологизация НЗ создает проблему для современного образованного человека.
    Данное утверждение неверно так как:
    а) НЗ говорит о сверхъестественных событиях и явлениях, любое описание этих явлений может выглядеть мифом, так как невозможно описать языком материального мира нематериальные явления;
    б) современная наука, если вообще можно утверждать, что наука может быть объективной, не противостоит сказанному в Новом Завете даже если предположить, что сказанное выражено в форме мифа, ведь наука изучает вещи материального мира.
    Тезис Бультмана: Необходимо использовать экзистенциональный метод в изучении истинного предмета новозаветного послания.
    Данное утверждение неверно:
    а) Возникает напряженность между попыткой демифологизировать, а значить объективизировать новозаветное послание, и постоянным уклонением в сторону субъективного восприятия человеком явлений.
    б) Происходит отбрасывание одной из центральных библейский истин о Боге как действующем в истории, а также не берется во внимание факт, что Бог всегда выступает инициатором во взаимоотношениях с человеком.
    Тезис Бультмана: Демифологизация Нового Завета возможна.
    Данное утверждение неверно:
Нет четких объективных критериев для того, чтобы решить эту задачу. Всякая попытка демифологизации приводит к уничтожению догматики, а не мифа.
    Скорее всего, перечень противоречия во взглядах Бультмана не является исчерпывающим. Объем работы не позволил рассмотреть другие моменты.
    В конец нужно отметить, что вряд ли стоит однозначно перечеркивать работу, проделанную Рудольфом Бультманом. Его исследования имели и положительное влияние на богословие. Прежде всего, они показали несостоятельность «чисто исторической» школы, а также указали на важность процесса, который сегодня именуется контекстуализацией.


[1]  Карл Барт (2004). Рудольф Бультман: попытка его понять // Р.Бультман. Избранное: Вера и понимание Пер. с нем.  М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН) (Серия «Книга света».). С.664.
[2]  Юлов В.Ф. (1998). Философия. Проблемный курс лекций для вузов. Киров.: ВятГПУ. С.4.
[3]  Бультман Р. (2004). Избранное: Вера и понимание. Том I-II/  Пер. с нем. М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН) (Серия «Книга света».). С.14.
[4]  Эриксон  Миллард.  (Erickson  Milliard  J.)  ( 2002). Христианское Богословие, Пер. с  англ. «Библия для всех»..СПб.: СПХУ. С.37.
[5]  Там же.
[6]  Бультман Р. (2004). Избранное: Вера и понимание. Том I-II/  Пер. с нем. М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН) (Серия «Книга света».). С.7.
[7]  Юлов В.Ф. (1998.) Философия. Проблемный курс лекций для вузов. Киров.: ВятГПУ. С.14.
[8]  Карл Барт (2004). Рудольф Бультман: попытка его понять // Р.Бультман. Избранное: Вера и понимание. Пер. с нем. М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН) (Серия «Книга света».). С.684.
[9]  Бультман Р. (2004). Избранное: Вера и понимание. Том I-II/  Пер. с нем. –М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН) (Серия «Книга света».). С.216.
[10]  Там же. С.10.
[11]  Марле Р. (1986). Миф и историко-критический метод  //  «Символ» №15. С. 53-61.
[12]  Ноубел Дэвид (Noebel David) (1998). Осмысливая современность,  –Киев:, МАКШ, Центр просветительских программ. С.166
[13]  Уилкенсон Лорен (Wilkinson L) (2002). Герменевтика и постмодернистское противление «Истине» //  Библия в современном мире. Пер. с англ. М:. Триада. С.166.
[14]  Бультман Р. (2004). Избранное: Вера и понимание. Том I-II/  Пер. с нем. М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН) (Серия «Книга света».). С.224.
[15]  Марле Р. (1986). Миф и историко-критический метод  //  «Символ» №15. С.53-61
[16]  Карл Барт, (2004). Рудольф Бультман: попытка его понять // Р.Бультман. Избранное: Вера и понимание. Пер. с нем. М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН) (Серия «Книга света».). С.692.
[17]  Бультман Р, (2004). Избранное: Вера и понимание. Том I-II/  Пер. с нем. –М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН) (Серия «Книга света».). С.237.
[18]  Там же. С.240.
[19]  Ноубел Дэвид (Noebel David) (1998). Осмысливая современность.Киев:, МАКШ, Центр просветительских программ. С.370.
[20]  Бультман Р. (2004). Избранное: Вера и понимание. Том I-II/  Пер. с нем. М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН) (Серия «Книга света».). С.236.
[21]  Бультман Р. (2004). Избранное: Вера и понимание. Том I-II/  Пер. с нем. М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН) (Серия «Книга света».). С.23.
[22]  Лезов С. (2004). Труды и дни Рудольфа Бультмана // Р.Бультман. Избранное: Вера и понимание. М.: «Российская политическая энциклопедия» (РОССПЭН) (Серия «Книга света».). С.719
[23]  Марле Р. (1986). Миф и историко-критический метод  //  «Символ» №15. С. 53-61.
 
© ББ Филиппов Д.Ю. 2004г.
Эту страницу просмотрело 2415 чел.


Каждому посетителю, просмотревшему данный материал, предлагается выразить свое мнение по существу рассмотренной темы, чтобы получился конструктивный диалог.
Таким образом, по данному материалу вы можете выразить свой взгляд в формате статьи, аудио или видео. Форма для отправки вашего мнения находится ниже.
Добавить комментарий
 

Добавить комментарий:

Ваше имя обязательно
Ваш E-mail обязательно
Комментарий обязательно
Файл материала, если имеется
Вы можете отправить текстовый документ, аудио или видео файл (не более 20 Мб.)
не обязательно
Введите защитный код
обязательно
Biblezoom.ru -  Исследование библейского текста. Масоретский текст и Септуагинта
Статистика посещаемости сайта:

Copyright © 2012 Церковь ЕХБ "Преображение"
Использование материалов сайта возможно только с разрешения его автора
Сайт изготовлен веб-студией "Оптимапроект" - www.oppr.ru